Без творчества нет жизни

Итак, с начала 1866 года Петр Ильич Чайковский стал преподавателем Московской консерватории. «Молодой, с миловидными, почти красивыми чертами и глубоким взглядом красивых темных глаз, с пышными небрежно зачесанными волосами, с чудной русой бородкой». «В обращении с учениками Петр Ильич был удивительно мягок, деликатен и терпелив. Изложения Чайковского, его замечания и поправки были замечательно ясны, сжаты и удобопонятны. Различные правила он любил иллюстрировать ссылками на Глинку и Моцарта. Как учитель он был симпатичным, дельным и добросовестным». Таким остался он в памяти своих учеников по классу гармонии, оркестровки и композиции пианиста Ростислава Геники и скрипача Александра Литвинова.

Преподавал он в консерватории 12 лет. Начатую в Москве симфонию «Зимние грезы» Чайковскому удалось закончить летом 1866 года. Первая симфония «Зимние грезы» — единственное после окончания консерватории произведение, частично написанное и оркестрованное под Петербургом. Ни одной вещи после нее ни написал Чайковский в нашем городе. Приехав в 1868 году в Петербург, 28 марта на вечере у Балакирева Петр Ильич знакомится с «Могучей кучкой»: Н. А.

Римским-Корсаковым, А. П.

Бородиным, М. П. Мусоргским, Ц.

А. Кюи. Произошло это в доме Бендардаки на Невском проспекте №84. Визиты Чайковского в Петербург бывали в это время очень короткими. В 1869 году он приехал в Петербург всего на два дня.

Это видно из его записей: «Модест! Я приехал сюда на два дня... Приходи к Володе (Шиловскому): близ Аничкова моста в доме М.

В. Бегичевой» Интересно прошлое этого дома, построенного в конце 18 века: в начале 1814 года его приобрела мать декабриста Никиты Муравьева — Екатерина Федоровна.

Тут жил писатель и историк Карамзин, художник Кипренский, поэт Батюшков, здесь собирались друзья декабриста Н. Муравьева. От сожженной Пушкиным десятой главы «Евгения Онегина» сохранились строки об этих людях, об этом доме: Витийством резким знамениты Собрались члены сей семьи У беспокойного Никиты... Это он, «беспокойный Никита» Муравьев, страстно проповедовал здесь свои вольнодумные идеи, здесь бывали его друзья Вяземский, Жуковский, Гнедич, Пушкин. Если можно сказать, что в Петербурге Чайковского преследовал какой-то злой дух, то духом этим был музыкальный критик Цезарь Кюи. После его отчета на страницах «Петербургских ведомостей» о выпускном концерте в 1869 году Кюи писал о симфонии Чайковского «Фатум», созданной в 1868 году : «Все это узковато, сурово, невысокого полета». Несомненно одно: Кюи с резкой неприязнью относился к творчеству Петра Ильича.

Период до 1877 года отмечен взлетами и падениями, успехом и провалом и, безусловно, активным творчеством. Создаются оперы «Воевода» (кстати, по поводу «Воеводы» у критиков возникли такие разногласия, в результате которых автор сжег партитуру), «Опричник», «Буря» по произведению Шекспира. В 1875 году был объявлен конкурс на сочинение оперы «Кузнец Вакула» на либретто по рассказу Гоголя «Ночь перед Рождеством». Чайковский получает на нем первую премию.

В 1876 году он заканчивает балет «Лебединое озеро», заказанный для московского театра. К середине мая 1877 года композитор был «на подступах» к одному их своих лучших произведений — «Евгению Онегину». В 1877 году, в июле, Чайковский женился на Антонине Ивановне Миллюковой.

Однако брак этот не был удачным. В своем письме он пишет: «Мне показалось, что я, или, по крайней мере, лучшая, даже единственно хорошая часть моего я, т.

е. музыкальность, погибла безвозвратно». В те дни Петр Ильич был близок к самоубийству. Как только он оправился, Анатолий увез брата за границу.

Окончен и московский период, начинается время странствований, переездов из города в город. В 1878 году Петр Ильич пишет Анатолию: «Человек, который в мае задумал жениться, в июне, как ни в чем не бывало, написал целую оперу, в июле женился, в сентябре убежал от жены — был не я, а другой Петр Ильич, от которого осталась теперь одна мизантропия, которая, впрочем, вряд ли когда-нибудь пройдет». Однако в этом же году был завершен «Евгений Онегин». Петр Ильич посещает Петербург и Москву. 6 октября Чайковский дал последний урок и, окончательно порвав с консерваторией, после прощального обеда 7 октября уехал в Петербург.

В ноябре он снова за границей. Годы скитаний явились весьма плодотворными для композитора. Он посетил в 1879 году Швейцарию и Италию. А в январе 1880 года начал работать над новым произведением на итальянские народные темы.

Ему хотелось написать что-нибудь вроде «испанских фантазий» Глинки. К февралю «Итальянская фантазия», как он раньше называл «Каприччио», была закончена. Петр Ильич постоянно наведывается в Петербург, но останавливается здесь ненадолго, не больше, чем на две недели. В начале марта он пишет брату: «...Как я боюсь Петербурга! Знаешь, куда меня тянет? — В Питер, в ненавистный Питер...

Признаюсь, что несмотря на мою апатию к берегам Невы, меня тянет туда очень сильно». Между тем, в Петербурге ставятся его произведения: симфоническая фантазия «Франческа да Римини», в Мариинском театре возобновляется «Кузнец Вакула», Четвертая симфония, опера «Орлеанская дева» по драме Шиллера «Жанна д`Арк» в переводе Жуковского, оперы «Мазепа», «Онегин» (премьера «Онегина» в Петербурге состоялась 8 октября 1884 года). С середины 80-х гг. Чайковского все больше и больше начинает притягивать к себе Петербург. Город его детства, его юности становится городом расцвета его таланта, его немеркнущей славы. На вершине Слава, стремительно растущая благодаря огромному успеху «Евгения Онегина», меняла не только быт Петра Ильича, но и перестроила его внутренний мир. В письмах он не жалуется больше на «ненавистный» Петербург.

Столичная жизнь теперь не так, как прежде тяготит его. Здесь он сейчас не бесправный композитор, ищущий возможностей и связей для того, чтобы увидеть на сцене императорских театров свои произведения, он — великий музыкант, обожаемый публикой, прежде всего петербургской, ее любимец.

Итак, премьера «Онегина» позади, но не смолкают обсуждения. В газетах и разговорах все еще чувствуется некоторое недоумение от колоссального успеха оперы, который становится все более явным. После трех – четырех спектаклей Чайковский сообщал брату Анатолию: «Евгений Онегин» имеет успех; сборы великолепные...» Иван Сергеевич Тургенев, не принявший некоторые места либретто, приходил в восторг и говорил: «Для меня, например, Ленский у Чайковского как будто вырос, стал чем-то большим, чем у Пушкина». В конце 1884 года Чайковский познакомился с молодыми композиторами, составлявшими ядро беляевского кружка, во многом продолжавшего традиции балакиревцев. 14 декабря 1888 года он познакомился с Чеховым. Чайковский и Чехов!

Без этих двух имен невозможно представить себе русскую культуру 80 – 90-х гг. прошлого века, как невозможно представить его первую половину без Пушкина и Глинки. Знакомство их состоялось у Модеста Ильича Чайковского на Фонтанке 24, куда Чехов был приглашен к завтраку. Одна встреча в Петербурге, одна — в Москве и по три письма от каждого — таково внешнее проявление дружбы двух великих людей, прерванной смертью композитора. Да еще намерение Чехова, так и не осуществленное, писать для Чайковского либретто на сюжет лермонтовской «Бэлы». «Он хороший человек, — писал Антон Павлович после знакомства, — и совсем не похож на полубога». Писатель посвятил ему свой сборник рассказов «Хмурые люди».

А в его письме к Модесту Ильичу мы читаем такие слова: «Я готов день и ночь стоять почетным караулом у крыльца того дома, где живет Петр Ильич, — до такой степени я уважаю его». Директор императорских театров И. А. Всеволожский, давно мечтавший о постановке балета Чайковского на сцене Мариинского театра, писал ему еще в мае 1888 года: «О балете вы ни гугу. А хорошо было бы, между прочим, написать балет. Я задумал написать либретто на «Спящую красавицу» по сказке Перро. Хочу мизансцены сделать в стиле Людовика 14».

Весной 1888 года Чайковский получил заказ от театральной дирекции на новый балет по сценарию Всеволожского. 24 января 1889 года Петр Ильич уехал за границу. Он посетил Германию, Швейцарию, Францию и Англию. Вернувшись в начале мая во Фроловское (небольшое имение под Москвой), он сразу же принялся за работу и к концу месяца «Спящая красавица» была готова.

Балет сразу же был принят к постановке в Мариинском театре. Одновременно с подготовкой балета Петру Ильичу пришлось принять участие в еще одном событии из музыкальной жизни Питера. В ноябре 1889 года праздновалось пятидесятилетие музыкальной деятельности Антона Григорьевича Рубинштейна.

Его чествование открывалось торжественным актом в Дворянском собрании. 18 ноября 1889 года здесь исполнялся хор «Привет Рубинштейну» Чайковского, написанный специально к юбилею. 19 ноября — сложнейшая оратория Рубинштейна «Вавилонское столпотворение». Чайковский управлял коллективом более чем в 700 человек.


Загрузка...