История всемирной литературы. 18 век. Португальская литература. (Тертерян И. А.)

История всемирной литературы. 18 век.
Португальская литература. (Тертерян И. А.)

Источник: Литература Просвещения )- М.: Наука, 1983-1994. - На титл. л. изд.: История всемирной литературы: в 9 т.

Т. 5. -1988. - С. 295-297.

С одной стороны, открытие залежей благородных металлов и драгоценных камней в Бразилии, хищническая эксплуатация бразильских рудников способствовали обогащению и укреплению верхушки общества. С другой стороны, даже это временное укрепление не могло остановить распространения новых идей, подрывающих социальные и идеологические основы старого общества. Как и в соседней Испании, в Португалии постепенно складывается круг "просвещенных" людей (здесь их называют estra). Они осознают гибельную отсталость Португальской империи, паразитизм правящего класса, мракобесие всесильной в Португалии инквизиции. Требования реформ, прежде всего в области экономики и образования, исходят и от некоторых, наиболее дальнозорких нобилей (так, графы Эрисейра, отец и сын, основали несколько академий, где читались лекции по педагогике, математике и другим наукам), и от представителей интеллигенции: ученых, врачей и т. п. Специфически португальской общественной проблемой, ставшей фокусом идейной борьбы, была проблема преследования "новых христиан" (т. е. потомков принявших христианство евреев и мавров), проводившегося инквизицией с неслыханной жестокостью. Преследование "новых христиан" давало возможность властям обогащаться за счет конфискованного имущества. А так как лишь немногие аристократические семьи могли представить доказательства абсолютной чистоты крови, то жертвами инквизиции становились люди из разных слоев населения. Эмигрировали, спасая жизнь, переводчик бэконовского "Нового Органона" Кастро Сарменто, знаменитый врач Антонио Нунес Рибейру Санчес, сотрудничавший впоследствии в "Энциклопедии", и многие другие. Работа первых португальских просветителей была трудной и опасной, и неудивительно, что многие из них предпочитали высказывать свои мнения, находясь за пределами королевства.) ограничил власть церкви, изгнал иезуитов, поощрял развитие промышленности и культуры. Однако феодальной реакции удалось добиться в 1777 г. падения Помбаля. После Великой французской революции в Португалии, как и в Испании, усилились гонения на передовую мысль.) "Возрожденный феникс" (1715-1728) и "Почта Аполлона" (1761-1762) - вкупе со стихами поэтов XVII в. Эти антологии представляют собой памятник культуранистской и консептистской поэзии барокко. Какой-либо водораздел между поэзией XVII в. и первой половиной XVIII в. провести невозможно.)-1739). Этот молодой драматург трагически погиб, обвиненный в отправлении иудейских обрядов и, несмотря на отсутствие каких-либо доказательств, сожженный на аутодафе в Лиссабоне. За свою короткую жизнь он написал восемь комических опер и пьес для только что появившегося и сразу ставшего необыкновенно популярным в Португалии театра марионеток. Сюжеты да Силва черпал из мифологии, за исключением инсценировки "Дон Кихота" и оригинальной комедии "Война розмарина и майорана", построенной по образцу динамично стремительных комедий Лоне де Веги. Соединяя высокопарную, прециозную речь богов и благородных героев с фарсовой грубостью шуток грасьозо и с латинской тарабарщиной судьи или невежественного врача (персонажей, традиционно служивших объектом осмеяния), да Силва добивался комического эффекта. В пьесе "Амфитрион" сатирические выпады автора направлены против жестокого аморализма лиссабонского двора во главе с королем Жоаном. По всей вероятности, скрытые в тексте пьес намеки на деятельность инквизиторов ускорили гибель драматурга.

Новые веяния вначале проникали в португальскую литературу лишь в теоретической форме.)-1792) проходила главным образом в Италии, где он вначале учился, затем служил в португальском посольстве, затем, осужденный и потерявший имущество, жил в изгнании. Сохранились письма Вернея, в которых он смело и резко нападает на инквизицию, осуждая пытки, аутодафе, процессы по обвинению в иудаизме, отрицает божественное право монархов, именуя королей простыми управителями, которые должны лишаться своего поста, если не обеспечили прогресса и процветания народа. Главный философский труд Вернея - трактат "Истинный метод познания" (1746), где он опровергает метафизику и схоластику и ратует за научное экспериментальное знание. Опираясь на учение Локка, Верней освобождает философию от всякой связи с религиозными догмами: "Философия - это наука о вещах, имеющихся в этом мире, и о наших действиях..." - и побуждает ее к непредвзятому, не ограниченному заранее заданной системой накоплению знаний об окружающем мире.)- "письмах" - этого трактата Верней развертывает свои эстетические и литературные взгляды. Он выступает пылким сторонником рационализма. Критерием художественности является для него верность природе, разумность: "Никакой образ не может быть прекрасен, если он не истинен и не основан на природе вещей". От поэта требуется прежде всего здравый смысл, критическое суждение. Верней отвергает метафоры, символы, даже мифологические образы. Поэзия должна прежде всего убеждать и потому отличаться ясностью, упорядоченностью ("то, что не имеет смысла в прозе, не будет иметь его и в поэзии"). Рационалистическая сухость эстетики Вернея вызвала впоследствии протест со стороны другого португальского теоретика классицизма, Франсиско Жозе Фрейре, более известного под именем Лузитанского Кандида. В своем "Поэтическом искусстве, или Правилах истинной поэзии" (1748) он несколько смягчает воинствующий рационализм Вернея, признавая, что поэзии необходимы также "страсть", "энтузиазм", которые трогали бы души читателей. Но и для него основа художественного образа - правдоподобие, подражание природе. Чтобы быть прекрасным, образ нуждается в проверке и утверждении разумом. Поэтому фантазия художника должна соблюдать порядок вещей, наличествующий в природе. Учиться подражать природе надо у древних поэтов, достигших непревзойденного совершенства.

Трактаты Вернея и Лузитанского Кандида, полемика, развернувшаяся вокруг португальского перевода "Сида" Корнеля (1747), свидетельствуют, что классицизм уже завоевал последователей среди португальских литераторов.

В 1756 г. было создано литературное общество "Лузитанская Аркадия" (по образцу итальянской Аркадии), ставшее ареной сражения за победу "здорового" (т. е. классицистического) вкуса над "темным", "трудным" стилем барокко. Эстетика португальской Аркадии изложена в нескольких "диссертациях", читавшихся на заседаниях общества его теоретиками: Лузитанским Кандидом, Антонио Динишем Круз-и-Силвой, Коррейей Гарсаном. Опираясь на античные поэтики (Лузитанский Кандид перевел "Поэтику" Горация) и на теории Буало, Фонтенеля, Муратори, Лусана, они требовали от поэзии возвращения к природе и к здравому смыслу, благородной простоты, ясности и соблюдения правил. Подражание древним считалось лучшим и вернейшим путем достижения идеала красоты. Пасторальная поэзия, по их мнению, дает наибольшие возможности для выражения простых и естественных чувств, хотя и требует от поэта соблюдения условностей, своего рода буколического маскарада. Эта эстетика - своеобразное соединение классицистических норм и пасторальной традиции - была претворена в оригинальный поэтический мир бразильскими последователями Аркадии. Португальские же поэты аркадской школы: Антонио Диниш Круз-и-Силва (1731-1799), Педро Антонио Коррейя Гарсан (1724-1772) - культивировали все жанры античной поэзии (оды, идиллии, элегии, эклоги и т. д.), оставаясь при этом эпигонами классицизма. Более интересна сатирическая поэзия Николау Толентино (1740-1811), владевшего легким стихом, смело вводившего прозаизмы в поэтическую речь и выбиравшего в качестве объектов сатирического осмеяния пороки современного быта.

Трагичной была судьба Мануэля Барбозы ди Бокажи (1765-1805), одного из крупнейших португальских поэтов. Бегство из дома в надежде стать моряком, военная служба в дальних восточных колониях, измена возлюбленной в его отсутствие... Бокажи вернулся в Лиссабон в разгар контрнаступления реакции. Вольнодумная муза Бокажи вызвала недовольство властей. В стихах, распространявшихся в списках, он восхвалял Французскую революцию, взывал к Свободе: "Приди и сбрось жестокий деспотизм, что нас пожирает!" Бокажи был арестован в 1797 г. когда собирался бежать в Бразилию. Вмешательство друзей спасло его от казни: государственное преступление было переквалифицировано в преступление против веры, и после заключения в подземельях инквизиции поэт был сослан в монастырь. Незадолго до смерти он вернулся оттуда сломленным и больным.


Загрузка...