Момджян Хачик Нишанович. Французское Просвещение XVIII века (главы) Социально-политические и идейные предпосылки французского Просвещения XVIII века

Выступая идейным вдохновителем религиозной нетерпимости, подавления свободы совести, католическая церковь благословляла беспощадную расправу с "инакомыслящими". Достаточно вспомнить, что в 1766 году при активном участии церкви был подвергнут зверской казни юноша Ля Барр, единственная "вина" которого заключалась в том, что он при виде религиозной процессии не снял головного убора. За несколько лет до этого печального события на почве религиозного фанатизма был публично колесован протестант Калас, ложно обвиненный католическим духовенством в сыноубийстве. В 1768 году за приобретение двух экземпляров "Разоблаченного христианства" Гольбаха некий молодой человек подвергся наказанию плетьми, клеймению и девятилетней каторге. Общеизвестна яростная борьба католической церкви против французского просветительства и французского материализма и атеизма XVIII столетия, о чем подробнее будет сказано ниже.

Упадок и разложение феодальной системы в дореволюционной Франции не могли самым непосредственным образом не коснуться и католической церкви. Даже наиболее сдержанные и консервативные буржуазные историки были не в состоянии скрыть отвратительную картину разложения феодальной церковной организации, позорный моральный облик высшего католического духовенства. Уничтожению ореола святости, которым церковь пыталась себя окружить, содействовали бесконечные скандальные взаимные разоблачения иезуитов иянсенистов. Все яснее раскрывался перед народными массами облик церковников, которые, призывая народ к аскетизму и смирению, утопали в роскоши и разврате, поражали всех своей алчностью и злобой. Дидро достаточно полно выразил отношение масс к духовенству, когда писал об этой "самой скверной породе людей": "Спесивые, скупые, лицемерные, коварные, мстительные, а главное, чудовищно сварливые... бывают моменты, когда они умертвили бы друг друга из-за одного слова, если бы им любезно разрешили это сделать"6.) Государство все еще надеялось суровыми реshy;прессиями обуздать выходившую из повиновения "чернь". Но никакие насилия не могли сколько-нибудь прочно к длительно сохранить существование общественного строя, раздираемого глубокими внутренними противоречиями.) сопротивление реакции, экономический закон обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил пробивал себе дорогу в феодальной Франции. С неизбежностью надвигалась эпоха социальной революции, уничтожения феодальной системы и утверждения идущего ей на смену в то время исторически прогрессивного капиталистического общества. Обреченному на гибель французскому феодализму противостояла молодая, полная сил и энергии буржуазия, которая уже к XVIII в. завоевала важные позиции в экономике страны и неудержимо рвалась к политической власти.

Маркс с полным основанием утверждал, что "Голландия XVII и Франция XVIII века - образец собственно мануфактуры"7. В дореволюционной Франции насчитывалось 582 мануфактуры. Некоторые из них являлись достаточно крупными предприятиями и эксплуатировали труд многих тысяч рабочих. Значительного промышленного развития достигли Париж, Лион, Марсель, Бордо, Нант и некоторые другие города Франции. К 1788 году треть жителей Лиона (58 тыс. человек) была занята в текстильном производстве. В дореволюционном Марселе было свыше 200 заводов и фабрик по производству мыла, сахара, кожи, шелковых изделий и т. п. В Орлеанском округе имелось 108 трикотажных предприятий, которые охватывали около 13 тыс. рабочих. На фабриках набивных бумажных тканей Нанта работало 4,5 тыс. человек. Помимо хлопчатобумажной, шерстяной, шелковой, зеркально-стекольной, кружевной промышленности во Франции имелись предприятия по добыче каменного угля и железа, например Анзенские угольные копи, где было сосредоточено более 2 тыс. рабочих.

Развившееся промышленное производство давало возможность Франции вывозить за границу значительное количество товаров. Обороты внешней торговли Франции возросли за XVIII столетие со 130 до 1080 млн. ливров. О росте капиталистических отношений свидетельствовало также укрупнение банковского дела, расширение кредитных операций. Организованный Джоном Ло Генеральный банк играл важную роль в промышленно-торговой жизни Франции. Известно, что крах финансовых спекуляций Ло разорил значительные деловые круги страны. Медленно, но уверенно проникал капитализм во французскую деревню, ускоряя распад натурального хозяйства, классовое расслоение крестьянства, втягивая в свою орбиту большие массы деревенских жителей.

Французские купцы широко практиковали раздачу сырья крестьянам и получение от них готовой продукции.

Экономические командные позиции постепенно переходили в руки буржуазии. Разбогатевшие промышленники и торговцы становились реальной силой и начинали задавать тон в общественной жизни. "Исторические титулы,- писал современник описываемых событий марshy;киз Булье, - заодно с поместьями, переходят теперь в руки облагороженных семей, приобретших их за деньги вместе с землею. Большинство графских и княжеских поместий сделалось достоянием финансистов, негоциантов или их потомства. Замки в громадном числе сосредоточились в руках этой облагороженной буржуазии"8. В известной своей работе "Tableau de Paris" Луи Мерсье указывал на концентрацию крупных состояний в руках столичной буржуазии. Рента в 150 тыс. ливров, писал он, была обычной для многих буржуазных семейств9.

Дальнейший рост капитализма, экономической мощи буржуазии самым серьезным образом тормозился всей системой феодальных отношений. Цеховая регламентация производства, назойливое вторжение феодального государства в организацию производственного процесса и реализацию товаров не могли не вызывать возмущение и противодействие со стороны окрепшей французской буржуазии. Она не могла не выступать против феодально-цеховой системы, противостоявшей свободной конкуренции. Столь же серьезным препятствием для развития промышленности и торговли были бесчисленные внутренние таможенные налоги. Для провоза товаров из одной области в другую нужно было платить местным землевладельцам крупные пошлины, составлявшие чувствительную долю доходов буржуазии. Тяжкий налоговый пресс вынуждал буржуазию вносить в казну огромные суммы.

Завоевывая господствующее положение в экономике страны, французская буржуазия не могла долго мириться со своим политическим бесправием. Зрела мысль о завоевании политической власти. Характеризуя основные цели надвигавшейся во Франции буржуазной революции, К. Маркс писал: "Как в английской, так и во французской революции постановка вопроса о собственности сводилась к тому, чтобы дать простор свободе конкуренции и уничтожить все феодальные отношения собственности: феодальное землевладение, цехи, монополии и т. д., которые превратились в оковы для развившейся в течение XVI - и голода среди производителей"11.) феодальных поборов французское сельское хозяйство деградировало в нарастающих темпах. После уплаты основных податей (les tallies) и поголовного налога (capitatio), десятин и двадцатин, шоссейных сборов и т. д. в руках крестьян не оставалось почти ничего. Естественно, что в этих условиях многие из них бросали землю и стекались в города, где завершали свою многострадальную жизнь на мостовых.)"в середине 1739 г. в Турени, Мэне, Ангумуа, в верхнем Пуату, в Перигоре, Берри, в Орлеанском округе люди "ели траву и мерли как мухи"" 12. По свидетельству того же д'Аржансона, в 1738-1739 годах во Франции погибло от нищеты и голода больше народа, чем во всех войнах Людовика XIV. Каждый раз, готовясь к войне, правительство прибегало к новому повышению налогов и сборов. "У несчастных плательщиков отнимали одежду, забирали даже дверные задвижки и последние остатки пшеницы"13.

Если не считать отдельные мирные и урожайные годы, которые лишь слегка и кратковременно могли смягчить нищету и голод, положение основных масс крестьянства, особенно во второй половине XVIII века, катастрофически ухудшалось. Многочисленные документы свидетельshy;ствуют о безмерных страданиях людей, которые составляли главную производительную силу общества, его наиболее многочисленный класс. Из этих документов мы узнаем, что во многих местах "крестьяне снимают хлеб еще зеленым и сушат его в печи, так как голод не дозволяет им ждать, когда он созреет"14. Бургский интендант не может скрыть, "что значительное число половников распродало свою домашнюю утварь", что "целые семьи проводят по двое суток не евши" и что "во многих приходах голодающие остаются в постели большую часть дня, чтобы не так сильно испытывать мучения голода"15. Орлеанский интендант извещает, что "в Солони бедные вдовы пожгли свои кровати, а другие - свои плодовые деревья, чтобы только спастись как-нибудь от холоshy;да..."16. "В Оверни население деревень уменьшается ежедневно, многие деревни потеряли с начала века более трети своих жителей"17.)"в среде господствующих паразитических классов появилось даже характерное наименование голодной дистрофии - "народная болезнь""18.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Adblock
detector