Фольклорная основа поэмы Н. А. Некрасова «Кому на руси жить хорошо»

Сочинения по литературе: Фольклорная основа поэмы Н. А. Некрасова «Кому на руси жить хорошо» Поэма Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» создавалась на протяжении 16 лет (с 1863 по 1877 гг.). Н. А. Некрасов, так же как и Н. В. Гоголь, хотел «объять всю Русь», показать все социальные слои послереформенной России — от крестьянина до царя.

Но грандиозный замысел поэта был осуществлен лишь частично, была создана «эпопея современной крестьянской жизни». Н. А. Некрасов говорил, что в эту книгу он хотел вложить весь опыт изучения народа, «все сведения о нем, накопленные по словечку в течение двадцати лет». За это время автор собрал богатейший фольклорный материал, который и лег в основу его поэмы. Живой разговорный язык, сказочные мотивы, песни, поговорки, обряды являются яркими особенностями этого художественного произведения, рассматриваемого критиками как синтез всего творчества поэта. Некрасов, как жемчугом, пересыпает свое повествование фольклорными элементами, показывая тем самым реальность, опоэтизированную глазами самого народа. Первая, вступительная часть поэмы «Пролог» начинается удачными и поэтому никогда не изменявшимися стихами, написанными в стиле сказочного зачина: «В некотором царстве, в некотором государстве».

Так же как и сказочный зачин, начальные стихи («В каком году — рассчитывай, в какой земле — угадывай, на столбовой дороженьке сошлись семь мужиков…») способствуют показу повседневной реальности, а число «семь» вызывает из памяти «Сказку о мертвой царевне и семи богатырях». Сам сюжет поисков счастливого соотносится с сюжетом сказки «О правде и кривде». Подарок говорящей пеночки, скатерть-самобранка, усиливает сказочное впечатление от всего дальнейшего повествования. Но не только сама тема поисков счастливого, образы скатерти-самобранки, говорящей пеночки придают поэме сказочный колорит. Некрасов дополняет свое повествование и другими сказочными образами. Например, в качестве сказочных мотивов можно назвать одушевление зверей и птиц, упоминание лешего, заморочившего мужикам голову.

А постоянные рефрены: «мы мужики степенные…», «кому живется весело, вольготно на Руси» — выполняют роль присказки. Чтобы показать мир глазами народа, Некрасов использует не только сказочные мотивы. Поэт широко применяет и народную мудрость, выразившуюся в приметах, обрядах, обычаях. Например, уже в самом начале произведения, как бы между прочим, звучат следующие строки: Кукуй, кукуй, кукушечка!

Заколосится хлеб, Подавишься ты колосом — Не будешь куковать! А ведь это не что иное, как народная примета, так умело вставленная поэтом в повествование. В старину говорили, что кукушка перестает куковать, когда заколосится хлеб («подавишься ты колосом»). Кроме того, в поэме «Кому на Руси жить хорошо» мы видим зарисовки из крестьянского быта: обычаи, обряды, трудовые песни: В день Симеона батюшка Сажал меня на бурушку… Спасибо жаркой баенке, Березовому веничку, Студеному ключу, — Опять бела, свежехонька. За прялицей с подружками До полночи поешь! В поэме есть также и песни-плачи, относящиеся к народно-поэтическому жанру: Как рыбка в море синее Юркнешь ты!

Как соловушко Из гнездышка порхнешь! Чужая-то сторонушка Не сахаром посыпана, Не медом полита. Там холодно, там голодно, Там холеную доченьку Обвеют ветры буйные, Обграют черны вороны, Облают псы косматые, И люди засмеют! Так плачет мать Матрены Тимофеевны, выдавая дочь замуж за «чужого» человека, Филиппа Корчагина. Отец Матрены вышел к сватам и пообещал дочь в жены. Как ни плакала она, но все-таки пришлось идти замуж.

Рассказ о своей судьбе Матрена Тимофеевна прерывает песней «Ты скажи, за что…», в которой чувствуется вся глубина переживаний русской девушки. В сцене сватовства мы встречаемся с еще одним обрядом: И волюшка скатилася С девичьей головы… Дело в том, что издавна на Руси во время последней вечеринки с невесты снимали волю, то есть ленту, которую носят девушки до замужества.

Глава «Песни» буквально соткана из народных песен, переплетенных с плачами, пословицами и загадками, умело обработанными Некрасовым. В примечаниях к этой главе можно найти информацию о том, что эти песни, наряду с другим фольклорным материалом, были собраны Рыбниковым, Шейном, Барсовым. Есть в поэме Некрасова и былина. Это глава о Савелии, богатыре святорусском. Есть и легенда «О двух великих грешниках», которая была действительно сложена в Соловецком монастыре. Поэт лишь расширил и дополнил ее. Есть и притча: «Бабья притча», которую рассказывают странницы Матрене Тимофеевне. Но самым главным, на мой взгляд, проявлением фольклорной основы поэмы является ее основная тема — поиски счастливого. Этот мотив характерен для всего устного народного творчества: он встречается и в былинах, и в сказках.

Поиски счастливого в народной среде заставляют мужиков-правдоискателей выслушивать множество рассказов. Эти рассказы разнообразны по объему, содержанию и форме. В самом упрощенном виде читатель слышит их в главе «Счастливые». Сложнее по составу и больше по объему рассказы крестьянки Матрены Тимофеевны, старосты Власа, крестьянина Федосея.

Однако при всем своем разнообразии рассказы персонажей образуют единое целое, единое эпическое полотно. Эпический элемент такого видения мира усиливается еще и тем, что все эти рассказы слушаются в большинстве случаев всенародно; их миром проверяют и миром дополняют. Но героя, рассказывающие свои истории, не обезличиваются, а, наоборот, ярко выделяются. Автор подчеркивает их индивидуальность, особенные черты, видит в них личности.

Например, Яким Нагой из деревни Босово выделяется из массы крестьян, присутствующих на празднике-ярмарке в селе Кузьминском, не фамилией, не названием его деревни, а проницательностью ума и талантом народного трибуна. Речь Якима о сущности крестьянства русского служит созданию коллективного образа народа. Речь Якима и рассказы односельчан о нем слушает вся многоголосая площадь, а вместе с ней и семь мужиков-правдоискателей. Поэт описывает этого крестьянина глазами таких же, как он, пахарей, глазами этнографа Павлуши Веретенникова: Грудь впалая, как вдавленный Живот; у глаз, у рта Излучины, как трещины На высохшей земле; И сам на землю-матушку Похож он… Портрет крестьянина нарисован красками, заимствованными у матери-земли, земли-кормилицы. От земли и сила Якима Нагого. Этим невзрачный с виду мудрый пахарь похож на легендарных, мифических богатырей.

Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что поэма Н. А. — Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» является уникальным сборником народной мудрости, поэтичности. Весь этот материал был кропотливо, по словечку, собран многими исследователями и собирателями фольклора. Заслуга поэта Некрасова в том, что он сумел воспользоваться этим богатством, создав на его основе народную поэму. Поэма «Кому на Руси жить хорошо» была задумана автором как эпохальное произведение, благодаря которому читатель смог бы познакомиться с обстановкой в послереформенной России, бытом и нравами различных слоев общества, подобно тому, как несколькими десятилетиями ранее другой русский писатель, Н.

В. Гоголь, задумывал «Мертвые души». Однако Н. А. Некрасов (как и Гоголь) так и не окончил свое произведение, и оно предстало перед читателем в виде отрывочных глав. Но даже незаконченная поэма дает довольно полную и объективную картину положения крестьян, того, чем они жили и во что верили после отмены крепостного права.

Это было бы невозможно показать без использования фольклорного материала: старинных обычаев, суеверий, песен, пословиц, поговорок, прибауток, примет, обрядов и т. д. Вся поэма Некрасова создавалась на основе этого живого фольклорного материала. Начиная читать поэму, мы сразу же вспоминаем такой знакомый нам с детства сказочный зачин: «в некотором царстве, в некотором государстве» или «жили-были». Автор, так же как и автор народных сказок, не дает нам точной информации о том, когда происходят события: В каком году — рассчитывай, В какой земле — угадывай… С первых же строк Некрасов употребляет устойчивые эпитеты, характерные для русских народных сказок: солнце красное, путь-дороженька, красна девица; зверей и птиц автор также наделяет свойствами и чертами сказочных зверей и птиц: заяц робкий, лисица хитрая, ворон — птица умная и т. п. И уж совсем сказочным атрибутом является скатерть-самобранка, подаренная мужикам говорящей пташкой-пеночкой. Часто в былинах и сказках используются повторяющиеся словосочетания, присказки, рефрены.

Есть такой рефрен и в поэме Некрасова: …Кому живется весело, Вольготно на Руси? Этот рефрен еще и еще раз подчеркивает главную тему всего произведения: поиски счастливого на Руси. Важной частью фольклорной основы поэмы «Кому на Руси жить хорошо» является упоминание суеверий, примет, забытых сейчас, но бережно собранных писателем и включенных в поэму. Например, несмотря на то что двадцатый век на носу, крестьяне по-прежнему сваливают то, что они заблудились, на лешего: Ну леший, шутку славную Над нами подшутил! Никак ведь мы без малого Верст тридцать отошли!…

Односельчане Матрены Тимофеевны (гл. «Крестьянка») причину неурожая видят в том, что она … Рубаху чистую Надела в рождество. Но и сама героиня верит в приметы и по одной из них «в рот яблока до Спаса не берет», чтобы не получилось так, что Бог в наказание не даст на том свете ее умершему младенцу Демушке яблочками поиграть. Вообще вся глава «Крестьянка» написана на основе песен, многие из которых пленяют нас своей мелодичностью и душевностью: Хорошо, светло В мире божием!

Хорошо, легко, Ясно на сердце. Мы идем, идем — Остановимся, На леса, луга Полюбуемся, Да послушаем, Как шумят-бегут Воды вешние, Как поет-звенит Жавороночек! Многие пословицы и загадки прекрасно гармонируют с основным сюжетом поэмы и вставляются в поэму почти без изменений: «хвали_ траву в стогу, а барина — в гробу», «летит — молчит, лежит — молчит, когда умрет, тогда ревет», «не лает, не кусается, а не пускает в дом», «рассыпался горох на семьдесят дорог» и т. д. Речь многих персонажей поэмы пестрит народной мудростью: она ярка, афористична; многие выражения напоминают пословицы. Например: «И рад бы в рай, да дверь-то где?

» Способность «вставить слово меткое» в речь свидетельствует о творческой одаренности русского крестьянина. Савелий Корчагин, Матрена Тимофеевна, Влас Ильич, семеро мужиков изображаются в эпопее не только как знатоки фольклора, но и как участники создания новых вариантов традиционных текстов. Наибольшей творческой одаренностью обладает Матрена Тимофеевна. Именно в главе о тяжелой доле крепостной крестьянки сконцентрирован огромный фольклорный материал. Исследователями установлено, что три четверти текста главы «До замужества», около половины главы «Песни» и более половины главы «Трудный год» имеют установленные фольклорные источники, а прототипом самой героини является известная в ту пору олонецкая вопленица Ирина Федосова. Матрена Тимофеевна, подобно Ирине Федосовой, не только хранит в своей памяти фольклор, но и обновляет его.

Песни, плачи, легенды, пословицы, поговорки введены в рассказ героини не ради орнаментального украшения. В них возникает образ «многострадальной матери всевыносящего русского племени». Этот образ создан гением самого народа, он существует в фольклоре независимо от Матрены Тимофеевны, но в эпопее он показан через видение героини. Обобщенный фольклорный образ возникает рядом с индивидуальным образом «счастливицы». Эти два образа сливаются друг с другом, образуют художественное единство индивидуального и эпопейного. В главе «Пир на весь мир» Некрасов также показывает творческую активность русского народа. В этой главе изображена последняя массовая сцена поэмы. Народ в этой сцене проявляет наибольшую активность — справляет поминки со Последышу.

Духовная, творческая активность вахлаков находит свое выражение в отношении к фольклору, в обновлении известных фольклорных произведений, в создании новых. Вахлаки сообща поют народные песни: «Барщинную», «Голодную», слушают рассказ «Про холопа примерного — Якова верного», легенду «О двух великих грешниках», песню солдата Овсянникова. Фольклор здесь используется как выражение развивающегося народного самосознания. И эта творческая активность, духовная мощь свидетельствуют о том, что «еще пределы русскому народу не поставлены». Итак, разнообразный фольклорный материал в поэме интересен не только как сюжетообразующий компонент, но и как выражение народной психологии, народного миропонимания. Вряд ли возможно представить это произведение отдельно от фольклорной основы, а если и возможно, то вряд ли это будет по-настоящему некрасовская поэма, которая, несмотря на свою отрывочность, производит впечатление произведения, созданного мастером не только русского литературного языка, но и разговорного, просторечного, народного слова. Поставив цель описать все слои общества России, Некрасов достиг ее лишь частично, но эта часть претендует на звание главной. Николай Алексеевич сумел виртуозно описать быт и нравы основного класса Российской империи середины XIX века, использовав богатейший фольклорный материал.