Образ россии в поэзии М. Цветаевой

Сочинения по литературе: Образ россии в поэзии М. Цветаевой Поэзия М. Цветаевой была монументальной, мужественной и трагической. Как и у всех крупных поэтов, тема России в ее стихах является одной из ведущих. Произведения М. Цветаевой отмечены глубоким чувством родины. Россия для нее — выражение духа бунтарства, непокорности, своеволия. Московская Русь, ее цари и царицы, ее кремлевские святыни, Смутное время, Лжедмитрий и Марина, вольница Степана Разина и, наконец, неприкаянная, кабацкая, подзаборная, каторжная Россия — все это образы одной народной стихии: Непотоптанный путь, Непутевый огонь, — Ох, Родина — Русь, Неподкованный конь! Россия у М. Цветаевой — многокрасочный и многозвучный мир. В центре его — образ русской женщины «с гордым видом, с бродячим нравом».

Эта героиня надевает разные личины. Она и московская стрельчиха, и неукротимая боярыня Морозова, и тишайшая «бездомная черница», и ворожея-чернокнижница, а чаще всего — бедовая осторожная красавица, «кабацкая царица». В ней — широта, размах и удаль русского национального характера: Целовалась с нищим, с вором, с горбачом, Со всей каторгой гуляла — нипочем! Алых губ своих отказом не тружу, Прокаженный подойди — не откажу. Естественно, что в стихах М. Цветаевой много проникновенных строк посвящено русской природе. В описании пейзажа всегда подчеркивается его русскость: Русской ржи от меня поклон, Ниве, где баба застится… Из сырости и шпал Россию восстанавливаю. Из сырости — и свай, Из сырости — и серости.

Русская природа для М. Цветаевой — источник творчества. В связи с ней она видит начало своей самобытности, непохожести на других: Другие — с очами и с личиком светлым, А я-то ночами беседую с ветром. Не с тем — италийским Зефиром младым, — С хорошим, с широким, Российским, сквозным! Через всю жизнь поэта проходит символ России — рябина, с ней она связывает начало своей жизни, о чем свидетельствуют строки из раннего цикла «Стихи о Москве»: Красною кистью Рябина зажглась. Падали листья. Я родилась… Мне и доныне Хочется грызть Жаркой рябины Горькую кисть.

И в трагическом стихотворении «Тоска по родине» написанном уже в эмиграции, где пронзительное чувство утраты родной земли заставляет поэта разрывать ту пуповину, которая ее с этой землей связывает, то этот разрыв останавливает именно видение рябины: Всяк дом мне чужд, всяк храм мне пуст, И все — равно, и все едино. Но если по дороге — куст Встает, особенно — рябина… Россия в стихах М. Цветаевой — не только тема. Она — внутри цветаевских стихов. Устойчивая черта цветаевского стиля — интонация русской народной песни: Кабы нас с тобой да судьба свела — Ой, веселые пошли бы на земле дела!

Не один бы нам поклонился град, Ох, мой родный, мой природный, мой безродный брат! От русской народной песни — все качества лучших цветаевских стихов: открытая эмоциональность и бурный темперамент, полная свобода поэтического дыхания, крылатая легкость стиха, текучесть всех стиховых форм, умение вывести из одного слова целый ряд образов. Отсюда же и весь ландшафт цветаевской лирики: высокое небо и широкая степь, ветер, звезды, костры, соловьиный гром, скачка, погоня, ямщики, бубенцы, «рокот веков, топот подков». Она обращается не только к песне, но и к частушке, к расписному стиху, а также к жанру причитаний и заговоров.

М. Цветаева пишет большие поэмы-сказки («Царь-девица», «Молодец»), в основе сюжета которых — сказки из сборника А. Афанасьева. Обращение к русскому фольклору у М. Цветаевой не кажется стилизацией, подделкой.

Это полное погружение в фольклорную стихию, стремление передать склад народной души. Стихи М. Цветаевой отмечены кровной связью с русской культурой. В ее творчестве много проникновенных слов посвящено русским поэтам: А. Блоку, А. Ахматовой, В.

Маяковскому и другим. Но первой и неизменной ее любовью был А. Пушкин. Именно с А. Пушкиным она постоянно сверяет свое чувство прекрасного, свое понимание поэзии. Итак, национальное начало пронизывает все творчество М. Цветаевой. «Родина не есть условность территории, а непреложность памяти и крови, — писала она. — Не быть в России, забыть Россию — может бояться лишь тот, кто Россию мыслит вне себя.

В ком она внутри — тот потеряет ее лишь вместе с жизнью».