Сцена продажи «мертвых душ» у Плюшкина

Плюшкин всем своим видом и недружелюбной встречей до такой степени озадачил Чичикова, что он сразу не мог придумать, с чего начать разговор. С целью расположить к себе мрачного старика и получить для себя выгоду, Чичиков решает попробовать подействовать на него такой цветистой речью, в которой соединялись бы и почтение к хозяину, и обходительность самого Чичикова и его умение облечь свои мысли в приличную для культурного человека книжную форму. Первоначальный вариант намечен был Чичиковым такой: «Наслышась о добродетели и редких свойствах души (хозяина), …

почёл долгом принести лично дань уважения». Вариант этот был мгновенно отвергнут, так как это было уже слишком. Нравственно-психологический характер своего «вступления» Чичиков заменяет хозяйственным (это и конкретнее, и ближе к делу) и говорит, что, «наслышась об экономии его и редком управлении имениями, …

почёл за долг познакомиться и принести лично своё почтение». Когда Плюшкин с первых же слов показывает раздражение и начинает жаловаться на свою бедность, Чичиков ловко поворачивает разговор к своей цели: «Мне, однако ж, сказывали, что у вас более тысячи душ». И следующую жёлчную реплику Плюшкина, где тот невольно коснулся горячки, которая выморила у него мужиков, т. е.

как раз темы, интересующей гостя, Чичиков умело подхватывает и опять-таки ведёт прямо к тому, что ему нужно, но внешне сочетает это с выражением участия: «Скажите! и много выморила? ». Чичиков торопится узнать число и не может скрыть радости от предстоящей наживы. Отсюда: поток вопросительных предложений: «Сколько числом.. Нет… Вправду?

Целых сто двадцать?» В нём заговорил делец, и Чичиков забыл даже о выражении соболезнования.

Однако скоро он спохватывается и решает соединить выражение соболезнования с практическим делом, излагая всё это почтительно, несколько даже книжно: «Для удовольствия вашего я готов и на убыток». «Мы вот как сделаем: мы совершим на них купчую крепость». «Будучи подвигнут участием…, готов дать». «Я вдруг постигнул ваш характер. Итак, почему ж не дать бы мне…

» Недаром Гоголь дважды здесь говорит о Чичикове так: «изъявил готовность». Один раз Чичиков даже буквально повторяет слова Плюшкина: «По две копеечки пристегну, извольте». Таким образом, наблюдения над речью Чичикова, как и других главных героев поэмы, убеждают в том огромном мастерстве, которым обладал Гоголь при обрисовке персонажей средствами их индивидуальной речевой характеристики. Языковая характеристика является блестящим средством раскрытия не только центральных героев, но и второстепенных персонажей поэмы. Гоголь в таком совершенстве владеет искусством языковой характеристики, что и второстепенные персонажи наделяются исключительно выразительной, меткой, только им присущей речью.